Так один CTO из нашей практики описал провал сроков, разваливающуюся команду и падение продуктивности. Выгорание руководителя — это не его личная драма. Это управленческий риск, который останавливает проекты и стоит компании дороже, чем кажется.
Обсудить свой случай с TeamlineПредставьте, что вы тренер хоккейной команды, и ваш вратарь получил травму. Значит ли это, что он «не вывозит нагрузку» и ему пора в команду попроще? Нет — ему нужен щадящий режим и профилактика травм. А расставаться стоит с теми, кто плохо играет в полном здравии.
В МКБ-11 выгорание описано как синдром хронического рабочего стресса, с которым не удалось справиться. ВОЗ относит его к причинам обращения за медицинской помощью — наравне с состояниями здоровья. У него три признака:
Больше половины разработчиков в России и Кремниевой долине сталкиваются с выгоранием. Оно не наступает внезапно — проходит четыре стадии, и на каждой ещё можно остановить процесс.
Человек ещё работает, но задачи вызывают отторжение: больше ошибок в коде, меньше закрытых тикетов.
Работа не просто раздражает, а изматывает. Опоздания, частые перерывы, задачи выполняются медленнее.
Нагрузка вызывает агрессию, прокрастинацию и нежелание что-либо делать. Задачи — в последний момент, реакция на замечания — острая.
Бессонница, ком в груди, постоянные опоздания. Сотрудник уже смотрит вакансии в других компаниях.
Мы работали с ИТ-компанией, где CTO уверенно справлялся с разработкой, пока проектов и людей было немного. Компания привлекла инвестиции, начала расти — и вместе с ростом пришла необходимость строить систему управления: нанимать, обучать новичков, наставничать. Именно тогда CTO стал терять интерес к работе, опаздывать, задерживаться. Это отразилось на всей команде.
Диагностика на платформе team-assessment.ru — психологическое тестирование и тест на выгорание — показала: CTO находится в состоянии устойчивого тревожного стресса, а его ресурсное состояние и управленческий потенциал заметно ниже нормы.
Решение оказалось не в отпуске и не в замене человека. Мы «расшили» одну перегруженную должность на две: CTO остался техническим лидом и архитектором, а найм, управление и мотивацию людей взял на себя отдельный менеджер проекта. Через полгода CTO вернулся к прежнему уровню результатов и вовлечённости — но процесс восстановления был долгим. До выгорания лучше не доводить.
Проведём диагностику ресурсного состояния и управленческого потенциала — так же, как в этом кейсе, — и покажем, где именно копится риск.
Записаться на диагностикуШесть причин редко приходят по одной — они тянут друг друга за собой. Хорошая новость: каждую можно снять по отдельности.
Сверхурочная работа — это физический стресс. Хронические переработки истощают организм быстрее, чем кажется.
Переработки чаще всего — не проявление героизма, а результат плохого планирования. «Мы забыли», «мы не знали» — и снова тушим пожар.
Даже спокойная в плане нагрузки команда выгорает от рутины, если нет роста. Сотрудник перестаёт видеть смысл вовлекаться.
Выгорают в первую очередь те, кто изначально горел — с амбициями и идеями. Безразличие руководства к их предложениям гасит их быстрее всего.
«Зачем это нужно?» — вопрос без ответа. Если сотрудник постоянно отдаёт компании больше, чем получает взамен, рано или поздно он выгорит.
Крик руководителя, молчание о проблемах на совещаниях — прямой путь к пассивности и безразличию команды.
Для диагностики команды мы используем методику Маслач (Maslach Burnout Inventory) — 22 утверждения, которые оценивают эмоциональное истощение, деперсонализацию и снижение профессиональной самооценки, плюс дополнительный блок причин, связанных с организацией работы. Тест занимает около 5 минут и даёт руководству объективную картину состояния команды — до того, как проблема станет видна невооружённым глазом.
Teamline HR Strategy проведёт диагностику ресурсного состояния команды, покажет реальную картину и предложит решение — как в кейсе выше.
Оставить заявку